«Сопровождало как роковое проклятие»: Почему генералы Вермахта побоялись признаться фюреру в провале блицкрига у стен Брестской крепости
В августе 1941 года Адольф Гитлер и Бенито Муссолини лично прибыли в поверженную Брестскую крепость, но увидели там не реальные следы боев, а декорации масштабного обмана. Чтобы скрыть позорный факт – почему 16-тысячная элитная дивизия увязла под стенами цитадели вместо обещанного одного дня, – генералы Вермахта свезли в крепость тяжелые трофейные гаубицы со всего фронта. Немецкое командование панически боялось признать, что их остановили обычные пограничники и тыловики без артиллерии и связи. Спустя годы выжившие участники штурма назовут недооценку советского солдата «роковым проклятием», которое преследовало армию фюрера от стен Бреста до самого Берлина.
Немецкому командованию докладывали, что штурм цитадели стал неожиданно кровопролитной операцией. В августе 1941 года сюда лично наведались Гитлер и Муссолини.
Сергей Третьяк, заведующим отделом новейшей истории Беларуси Института истории НАН: «По большому счету, это было показательное шоу. Во-первых, Гитлер был заинтересован продемонстрировать союзникам, какую мощь Красной армии они перемололи. Во-вторых, командование группы армий “Центр” стремилось оправдаться перед фюрером за то, почему задача не была выполнена в первый же день войны. Для этого шоу в Брестскую крепость под видом вооружения защитников гарнизона свезли практически все образцы трофейного советского оружия, взятые на других участках советско-германского фронта. Сюда доставили даже 152- и 203-миллиметровые гаубицы, которых в Брестской крепости на самом деле никогда не было. Немецкое командование просто не могло признаться самим себе: советские солдаты тыловых подразделений, пограничники и члены семей командиров, не имевшие на вооружении в первый день войны даже легких 45-миллиметровых пушек, не знавшие, где проходит линия фронта, приняли решение сражаться и стояли до конца. Они боролись, ясно осознавая, что на помощь им никто не придет».
Дальше у армии фюрера будет долгий путь до Москвы и тяжелое бегство назад, до самого Берлина, подгоняемое советскими воинами. Свой последний шаг с белорусской земли оккупанты сделают здесь же, у стен Брестской цитадели. Сложность борьбы с теми, кому долг дороже жизни, очевидна из итогов немецкого донесения: «Внезапное нападение на крепость, в которой обороняются решительные защитники, стоит много крови. Значительная часть противника проявила замечательный боевой дух, 45-я дивизия выполнила поставленную задачу, понеся тяжелые потери».
Неофициальные выводы были следующими: «Недооцененность советского противника сопровождала нас как роковое проклятие – от самоуверенного начала и до зловещего конца. Избалованные успехами предыдущих двух лет, когда операции завершались за невероятно короткое время, мы и на этот раз рассчитывали на короткую войну».
Владимир Сёмочкин: «В этом районе и происходила оборона. Где конкретно в крепости держал оборону мой отец – я сказать не могу. Но где-то здесь, так оно и было… В 1984-1985 годах в Брест пригласили оставшихся в живых защитников цитадели. Приехал Турсун Хидиров. Как только он вошел в музей, сразу узнал моего отца по портрету и сказал: “Вот это командир, с которым я воевал здесь!” Турсун рассказал, что отцу оторвало руку и ноги, и он погиб от потери крови. Он видел его мертвым, но где именно отец захоронен – не знает».
Тигран Матевосян: «На Рейхстаге расписался: “Я из Бреста. Самвел”. Он встретил войну в самый первый ее день, 22 июня 1941 года, а закончил только в мае 1945-го на территории Германии. Когда ночью началась война, начали бомбить и пошел артобстрел, немцы стали переправляться на лодках через реки Мухавец и Буг. В этих жутких условиях комиссар Ефим Фомин выдал отцу свою запасную гимнастерку, чтобы как-то восполнить отсутствие погибшего комсостава. Отцу довелось поднять бойцов-комсомольцев в первую контратаку. В общем-то, с этой контратаки и началась оборона Брестской крепости. Отец говорил, что было ощущение, что немцы вообще не ожидали, что после столь массированного и мощного артобстрела в крепости кто-то может уцелеть. А тут вдруг из окон и подвалов вырываются полубосые, полураздетые».
В ходе этих боев Самвел был ранен и попал в плен. Однако в лагере они организовали побег, и позже Самвел Матевосян оказался в партизанском отряде, продолжив воевать с врагом.
Подробнее о легендарном противостоянии советских солдат с немецко-фашистскими захватчиками и стойкости мужественных защитников Брестской крепости – в документальном проекте телеканала ОНТ «Я – крепость!».
Смотрите также:
Еще по теме
Где треснул железный шаг Вермахта: Статистика обороны Брестской крепости
Осада, пропаганда и авиаудары: Почему тактика выжженной земли не помогла Вермахту сломить защитников Брестской крепости
Под огнеметами и сверхтяжелыми бомбами: Хроника генерального штурма Восточного форта Брестской крепости, где плавился кирпич, но не воля солдат
