Уникальность нашей страны определяется многими факторами. Однако в политическом смысле на первый план выходит готовность способствовать налаживанию взаимоотношений между условными Западом и Востоком.

К сожалению, в последнее время проблем накопилось столько, что Минск весьма в этой роли востребован.

Даже оказавшись перед лицом очевидной и общей угрозы, какой, без сомнения, является терроризм, крупнейшие страны не спешат объединять свои усилия. Перспектива создания единой коалиции по борьбе с так называемым Исламским государством по-прежнему неясна. Хотя на минувшей неделе сразу три события могли стать достаточным для этого поводом.

В понедельник (16 ноября) в Москве было официально объявлено о том, что катастрофа самолёта и гибель 224 человек в небе Египта – следствие совершённого теракта.

Теракт. В понедельник поздно вечером в России, наконец, вслух произнесли то, о чём три недели говорили разные анонимные источники, близкие к расследованию крушения самолёта компании «Когалымавиа» в небе над Синаем. На борту лайнера А321, летевшего из Шарм-эш-Шейха в Санкт-Петербург, сработало самодельное взрывное устройство.

Александр Бортников, руководитель Федеральной службы безопасности: «В результате проведенных экспертиз на тех предметах, о которых я сказал, были выявлены следы взрывчатого вещества иностранного производства».

Реакция президента России Владимира Путина оказалась ожидаемо жёсткой.

Журналисты и блогеры сразу же вспомнили эмоциональное «мочить в сортире» – от Путина в 99-м. Так тогда он отвечал на вопрос о борьбе с боевиками в Грозном. В этот раз президент России выразился менее фигурально, но по последовавшим за этим действиям стало понятно, что отвечать на атаку будут. Уже на следующий день была вдвое увеличена интенсивность авиаударов по объектам «Исламского государства» в Сирии. Впервые против боевиков вывели стратегические бомбардировщики дальней авиации.

Сергей Михеев, директор Цента политической конъюнктуры: «Удары будут ещё сильнее, и насколько можно понять, сейчас разрушается инфраструктура финансирования в виде нефтяных терминалов и прочего. Цель поставлена просто смешать их с грязью».

Адепты «Исламского государства» – основные подозреваемые в организации теракта. В Египте уже задержаны несколько сотрудников аэропорта. Они имели доступ к самолётам и могли пронести на борт взрывчатку. Здесь есть две версии: либо это был чемодан с тринитротолуолом в багажном отсеке под килем самолёта, либо, как утверждают сами сторонники ИГИЛ, бомбу они спрятали в жестяную банку и установили под одним из пассажирских сидений. Килограмм-полтора в тротиловом эквиваленте – так оценивают российские эксперты мощность самодельной бомбы.

Евгений Черноусов, военный эксперт, полковник в отставке: «Вполне достаточно, чтобы разрушить, главное, чтобы это было ближе к обшивке, и тогда всё получится у террористов. В данном случае, наверное, так и получилось».

За информацию о причастных к взрыву на борту рейса 9268 Федеральная служба безопасности России объявила вознаграждение в 50 млн долларов. Известие о теракте на борту самолёта «Когалымавиа», спланированные атаки во Франции сделали обстановку в России и без того напряжённой. Гостиница «Космос», торговые центры в Москве, столичные вокзалы, перроны Санкт- Петербурга и Краснодара – за последнюю неделю в стране количество сообщений в полицию о минировании в местах массового скопления людей выросло в несколько раз.

У посольства Франции в Москве до сих пор стоят цветы и свечи. Психологи констатируют: теракты в Париже объяснимо, даже на подсознании, вызвали в России волну сочувствия. Граждане страны знают этот опыт и понимают, что в любой момент могут оказаться на месте французов. И страшнее им становится от выбранной тактики террористов – атаковать не стратегические объекты (вокзалы или аэропорты), как это было раньше, а случайных, заведомо безоружных людей. И число жертв от этих взрывных волн становится для террористов принципиально важным.