Королевский внук – шестой в очереди на британский трон – больше не холостяк. Принц Гарри сегодня женился на той, о ком ещё недавно сказали бы «не пара». Меган Маркл – первая актриса, первая американка, первая мулатка, которая выходит замуж за британского принца. 

И для Меган – это уже не первый брак. Церемония красивая и трогательная, слёзы и волнение Гарри, переживания мамы невесты и ещё много-много моментов, за всём в прямом эфире следили сотни миллионов. Свадьбу показали все крупнейшие британские и американские телеканалы. Фанатов у королевской семьи – едва ли не больше, чем у английских футбольных клубов. Принцу Гарри пишут даже из Беларуси. А он – что ещё удивительнее – отвечает. 

Раннее утро у стен Виндзорского замка. Температура не дотягивает и до десяти тепла. Но что такое пара бессонных ночей на улице для настоящих фанатов королевской семьи?

Чтобы попасть на чужую свадьбу, они перелетают Атлантику. Почти пять тысяч километров – это семь часов в небе. И не беда, что фамилии 66-летней Донны Вернер нет в списке приглашённых.

Ещё за несколько дней до бракосочетания фанаты разбили в Виндзоре (там, собственно, и стоит замок-дом британской королевской семьи) лагерь. Ради билета в первый ряд с четверга ночевали прямо на асфальте.

В эти дни в городок с населением меньше 30 тысяч человек приехали больше ста тысяч гостей. Виндзор на пару дней стал одним из самых густонаселённых и, пожалуй, самым охраняемым городом мира.

Лица, так сказать, брачующихся в городе на каждом шагу. Будь то сувениры или чашка кофе. И это не какой-нибудь латте! Меггаричино по 4.5 фунта (что-то около 12 рублей). На «принцемании» Великобритания рассчитывает заработать почти полтора миллиарда долларов.

О популярности королевской семьи в целом (и о братьев-принцев по отдельности) говорить сложно. Проще один раз услышать.

На свадьбу года, как окрестила её пресса, пригласили больше 2,5 тысяч человек: тут и звёзды первой величины, и британцы со всех концов страны, и благотворители, и ученики местных школ. Одних только членов королевских семей – полтысячи. К слову, церемонию в прямом эфире показали все ведущие британские и американские каналы! По местным меркам, это showtimeдля сотен миллионов зрителей.

Ещё лет сто назад за такое лишали трона. По всем королевским канонам, Меган Маркл принцу Гарри – не пара. Ему 33. Ей 36. Он холост. Она разведена. Он – принц. Она – звезда американского сериала. Его мать – леди Диана. Её – афроамериканка. Может, оттого после помолвки спешно начали изучать генеалогическое древо Меган. Среди версий – возможность родства с Уильямом Шекспиром. То есть пока исследователи по всему миру спорят – а был ли сам Шекспир – британские учёные, кажется, нашли ему родственницу.

К слову, разрешение на неравный брак дала сама Елизавета II. По нынешним законам получать согласие королевы должны первые шесть потенциальных наследников короны. Принц Гарри в очереди на трон как раз шестой.

Теперь Меган Маркл официально Её Королевское Высочество герцогиня Сассекская. Можно поздравлять. Кстати, из открыток в адрес четы в Виндзоре надеются собрать мировой рекорд. Цель – составить поздравление длиной в милю. На это нужно 5 630 открыток.

Её переписка с королевской семьёй на рекорд пусть и не тянет, но и стандартным посткроссингом не назовёшь. Четыре года назад учитель английского из Скиделя написала королеве. А та взяла и ответила – пусть и не лично.

На конверте – печать Букингемского дворца. И это уже семейная реликвия. Есть в коллекции из двух сотен экземпляров и письмо самому принцу Гарри.

Мария Налегович, посткроссер: «Да, ответ пришёл, было очень приятно. Правда, мне написали, что сам принц Гарри автографы даёт только тем людям, которых он знает лично».

Узнав о скорой свадьбе принца, девушка не сдержалась – теперь уже всей семьёй вновь пишут в Британию.

За судьбой звёздной пары Мария следит, знает все подробности любовных перипетий. Но уверяет, что удивительной судьбе американской Золушки не завидует.

Конечно, сложно представить удивление сотрудников скидельской почты от адреса на конверте – Buckingham Palace. Но что пишешь, то всегда дойдёт.

Словом, пока будут сочинять сказки, будут и те, кто в них верит и те, для кого они сбываются. Пусть последние и в меньшинстве.