Практически детективная история происходит в Минске. Герой нашего следующего сюжета уверяет, что неизвестные люди вывезли из квартиры пожилую женщину, за которой он якобы ухаживает. Отношения с пенсионеркой оформлены по всем правилам. Договор ренты предполагает, что после смерти минчанки владельцем квартиры станет её опекун. Что же здесь не так? Ольга Осадчая разыскала всех героев этой бытовой драмы.

Историю, похожую на сказку для бабушки, Евгений рассказывает едва ли не в слезах. После той судьбоносной встречи понял: это его шанс помогать беспомощной пожилой даме. Он вспоминает, как постоянно убирал в квартире, вкручивал лампочки, привозил продукты, а потом заключил с пенсионеркой договор ренты, после чего и сказке пришёл конец!

Евгений Куницкий: «После этого бабушка резко пропадает. Исчез человек. Письмо пришло из милиции. В прокуратуру подавал – в какой-то деревне якобы в гостях. По моему мнению, они мошенники. Хотят завладеть квартирой или пенсию постоянно получать, у бабушки большая пенсия. Участковый звонил им, говорил, чтобы бабушку вернули на место, они не возвращают».

Мы решились на встречу с предполагаемыми похитителями бабушки – почти 200 километров от Минска. Дом под серьёзной охраной. Именно здесь, по мнению Евгения, и удерживают опекаемую им бабушку.

Прежде чем объяснить ситуацию, хозяйка дома Ольга показывает, что же было у Галины Александровны в момент «похищения»: рваная обувь, сломанная тросточка. Стёкла в очки вставили накануне – пожилая женщина очень любит читать…

По словам Ольги, с Галиной Александровной они знакомы лет 20, помогают ещё подруга и соседка. Молодого человека они видели, но лишь однажды – когда Евгений якобы спрашивал, где паспорт пенсионерки. Бдительные дамы сразу вызвали милицию, но Галина Александровна гостя попросила не обижать. Инцидент забылся, а потом все случайно узнали, что именно с тем самым парнем бабушка и заключила договор ренты.

Ольга Коношенок: «Она хорошо понимает, что такое завещание, а рента… Она даже слова не знает такого. Она говорит, что подписала то, что он делал ремонт. Этого парня она приняла за соседа, которого раньше упоминала, который ей помогал. Эти две личности слились у неё. Она не могла поверить, что её могли обмануть, думала, что сосед из второго подъезда».

Галина Юхнович: «Нет, он никакого отношения ко мне не имел. Просто он попросил меня что-то там написать. Я не помню уже сейчас!»

Квартира, в которой до недавнего времени жила Галина Александровна, расположена в самом центре Минска. Лакомый район! Соседи рассказывают, что бабушка была доверчивой: стоило кому угодно постучать в окно, как она тут же торопилась открывать, даже не глядя, кто же пожаловал в гости!

Из-за тяжёлого запаха в квартире сложно находиться и ещё сложнее представить, как в таких условиях можно жить практически беспомощному человеку. После переезда хозяйки здесь, кроме этого жильца, осталась только кошка Маша. Для неё соседка надеется найти новых хозяев.

Евгений Куницкий: «Опекунство оформлено на меня. Каждый день я к ней заглядывал на 30-40 минут. Покупал ей продукты, еду приносил, готовил».

Елена Киселёва, соседка: «Полное враньё! Никакой еды этот молодой человек не приносил, готова поручиться на 100%».

Не принёс Евгений на встречу с нами и договор ренты. Обещал отправить позже, но внезапно передумал, ссылаясь на мифического адвоката, имя которого так и осталось тайной. Однако нам удалось получить выписку из того самого «секретного» документа. Чёрным по белому: «обеспечение питанием и одеждой», «оказание бытовых услуг», «общий объём содержания в месяц – не менее трёх базовых величин».

Галина Юхнович: «Ничего он мне не помогал! Мне здесь нравится! Это единственные люди, к которым я приезжаю».

Ольга рассказывает, что давно приглашала Галину Александровну пожить в деревне (в Минске ей одной трудно), да и маме веселее. Вместе с хозяйкой переехали и трое котов – роднее у старушки, так уж вышло, нет никого…

Признать документ недействительным можно через суд, если, к примеру, доказать, что рентодатель не выполнял свои обязательства.

Вот только готова ли сама Галина Александровна судиться, биться за собственную квартиру? В 90 лет она впервые ощутила, что значит быть в семье. Всю жизнь одна, помогала бездомным животным, любила оперу, а в старости ночами плакала от тоски так, что слышали соседи. Получается, эта история, с одной стороны, забрала, а с другой – подарила. Это то, что в многостраничном договоре никогда не пропишешь.