Пресс-секретарь Президента Беларуси Наталья Эйсмонт в эфире стрима «Главный. Тур» на YouTube рассказала, как были организованы недавние телефонные переговоры Александра Лукашенко и Ангелы Меркель.

Наталья Эйсмонт: «Что касается организации этих телефонных звонков, я процитирую Президента. Он вчера рассказывал об этом представителям BBC, они также спрашивали. Их интересовали эти телефонные звонки. Вы помните, что двум разговорам с нашим Президентом  предшествовали разговоры канцлера Германии с Президентом Российской Федерации. Тогда Владимир Владимирович Путин абсолютно четко дал понять, что разговаривать нужно с Минском, в Минске находятся эти люди, которые пришли к границам Евросоюза, которых туда позвали. И разговаривать нужно с Лукашенко, который, действительно, держит всю эту ситуацию под контролем, знает ее. И с ним нужно решать Евросоюзу все эти вопросы. После этого, я так понимаю, была легкая заминка. Тогда Президент Российской Федерации позвонил нашему Президенту, обозначил вот это стремление говорить о том, что происходит, какие-то искать пути выхода из сложившейся ситуации. Здесь, конечно, Президент понимал, что проблему нужно решать. Это понимают прекрасно все. Тут невозможно не говорить, и нужно было хоть понемногу двигаться в конструктивном направлении. Сигналы были поданы, и состоялись эти телефонные звонки. Дальше, тут никакой конспирологии, все абсолютно нормально в техническом плане происходило».

Эйсмонт ответила на вопрос, был ли Глава государства рад тому, как прошли разговоры с Меркель.

Наталья Эйсмонт: «Не думаю, что мы здесь можем апеллировать такими категориями как “рад”, ”не рад”, “доволен”, “не доволен”. Даже когда вы говорили про некий компромисс, мне тоже кажется, что это не совсем подходящий термин для обозначения этого процесса. Мы понимаем, что, несмотря на критику, которая просто полилась шквалом на канцлера Германии, но она – один из немногих политиков Евросоюза, который реально стремится хоть что-то сделать для разрешения этого кризиса. Другое дело, что ее блокируют. И этим телефонным разговорам она в первую очередь дала это понять. Обычный, нормальный рабочий разговор. Конечно, не знаю всех подробностей, но понимаю, что первый раз – почти час, второй раз – около 40 минут говорили. И обсуждали конкретные, реальные проблемы».