Три дня, сотни мнений – и единое желание найти компромисс. «Минский диалог» официально завершил работу. 

Были и основательные доклады с тишиной в ответ от аудитории, и конструктивный диалог, когда тот, кто говорит, умеет ещё и слушать. Были и жаркие споры – правда, в основном во время так называемых «ночных сессий»: поздно вечером эксперты собирались и говорили без прессы, но ведь плох тот репортёр, кто не получает инсайды из надёжных источников.

Судя по инсайдам, переубедить коллег-оппонентов не удалось никому. Хотя это в целом утопия. Задача таких конференций – дать сторонам шанс попытаться найти компромисс. Три дня говорили о Восточной Европе – интересно, но окончательного понимания, какие страны в неё входят, нет. Поэтому конкретно: в Минске говорили об Украине, о роли и влиянии России на постсоветские страны, о желании Евросоюза часть этого влияния перетянуть на себя. И о Беларуси, как о стране, которая хочет, может и уже выстраивает честные отношения с обеими сторонами. При этом эксперты отметили: в Минске впервые за долгое время позицию самих стран Восточной Европы услышали.

Владимир Сокор, старший научный сотрудник Джеймстаунского фонда (Вашингтон): «Старое поколение западных экспертов, которые занимались Восточной Европой, постепенно исчезает. Новое поколение экспертов почти отсутствует. Сотрудники министерств иностранных дел, других министерств, которые занимаются Восточной Европой, нуждаются в экспертах по этому региону. И они редко, очень редко появляются».

Господин Сокор так охарактеризовал решение в Минске одной из двух ключевых проблем Евросоюза по Восточной Европе – дефицит экспертизы. Вторая проблема (и более существенная) – дефицит внимания. То есть Европе, да и миру в целом было не до нашего региона. На первом плане всегда «горячие точки», радикальный исламизм, противостояние США и России, США и Северной Кореи, Северной Кореи и всех остальных – и так далее. В Минске страны Восточной Европы смогли говорить громко.

Во многом это заслуга лично Александра Лукашенко. Сама новость о том, что Президент примет участие в форуме, уже раз в десять повысила внимание мировой прессы к событиям в столице Беларуси. «Минский диалог» ведь проходит не впервые, но Лукашенко участия в конференции раньше не принимал. Почему решил в этот раз? Если аккумулировать мнения участников, получится следующее: Президент Беларуси выступил на форуме не для того, чтобы его или его страну услышали. Скорее для того, чтобы весь мир услышал мнения представителей тех стран, которые в Минске нуждались в том, чтобы высказаться. То есть Александр Лукашенко своим присутствием повысил интерес к точке зрения каждого сидящего в зале эксперта.

При этом саму речь также оценили. Александр Лукашенко говорил коротко, может где-то и резко, но по делу – такая риторика нравится, конечно, не всем, но и возразить на убедительные доводы трудно. Президент уже воспринимается во всём мире как политик, который говорит и с Путиным, и с Порошенко, который приглашает в Минск Меркель и Олланда, и который готов учитывать не только интересы своей страны, но и стран-соседей. Вне зависимости от того, к какому геополитическому центру они примкнули.

Ульф Шнайдер, руководитель группы «Общее экономическое пространство от Лиссабона до Владивостока» (Германия): «Президент Лукашенко может играть роль посредника между Западом и Россией. Если он воспринимает это задание как свою роль – это может быть очень полезно для всех. Мне лично его речь понравилась».

О речи Президента и в целом об итогах форума продолжаем говорить с Ульфом Шнайдером. Немецкий эксперт уверен, что ждать от таких конференций подписанных документов или общих заявлений недальновидно. Документы если и будут, то декларативные, а заявления – общие и по принципу «все согласны». Но пустых общих заявлений в Минске точно не было – были разумные предложения, которые теперь участники будут обдумывать.

Ульф Шнайдер, руководитель группы «Общее экономическое пространство от Лиссабона до Владивостока» (Германия): «ЕС и ЕАЭС должны ближе сотрудничать, чтобы создать единое экономическое пространство от Владивостока до Лиссабона. Но есть разные мнения: польская сторона говорит, что лучше, чтобы ЕС утверждал этот вопрос индивидуально с каждым членом ЕАЭС. Мой подход – оба союза должны разговаривать друг с другом».

Сама идея объединения всех со всеми, в общем-то, поддержана экспертами из каждой страны. Но, как обычно, вопросы в нюансах. И здесь уже были споры. Но ещё одна важная роль Беларуси заключается в следующем: Восток настороженно относится к любым предложениям Запада, на такие же предложения Востока отрицательно реагирует Запад. И не в смысле предложения проблема, а в том, кто предлагает. А когда предлагает Беларусь, которая дружит со всеми – то споры если и есть, то без предрассудков и по существу. Так мы и предложили миру «Хельсинки-2».

Андрей Сушенцов, руководитель агентства «Внешняя политика» (Россия): «Я думаю, что это очень своевременная инициатива, очень полезно, что с ней выступает именно белорусская дипломатия. Если это превратится в системное явление, то в этой большой, продолжительной и, в общем-то, однообразной российско-западной дискуссии о безопасности возникнет новый востребованный голос».

Востребованным в Минске был голос каждой страны, за это Беларусь получила весомую порцию комплиментов. Но и мы услышаны, и благодаря таким форумам экспертов с адекватным мнением о нашей стране стало много.

Владимир Сокор, старший научный сотрудник Джеймстаунского фонда (Вашингтон): «Не имеет никакого смысла делать сравнение между Беларусью, и, скажем, Германией. Смысл в том, чтобы сделать сравнение между Беларусью и другими странами бывшего СССР. И в этом смысле Беларусь – это история успеха».

Почти все участники «Минского диалога» уже вернулись в свои страны. И нет смысла даже проговаривать названия пленарных сессий – 25 мая в целом подводились результаты. Судя по сосредоточенным лицам экспертов, им было о чём подумать. И, если, подумав, они ещё и сделают – результат будет. Нужно лишь подождать.