Беларусь и Россия близки к согласованию условий поставок газа, сближение цен для потребителей в обеих странах остаётся приоритетом. Сегодня в Министерстве энергетики подвели итоги года. Среди достижений – снижение цены киловатт-часа и уменьшение на процент общего потребления энергии в стране. А вот удельный вес топливных ресурсов в себестоимости остаётся высоким. Не обошли вниманием и строительство Белорусской АЭС.

На этом пульте управления (см. видео – прим.ред.) вся Минская ТЭЦ-3, как на электронной ладони. Станция, построенная ещё в 1951-м, снабжает теплом и энергией промышленное сердце столицы. Правда, ещё недавно оборудование здесь было предпенсионного возраста, отсюда низкая эффективность и излишние затраты. Масштабную модернизацию начали в прошлом году, промежуточные результаты, и неплохие, уже есть.

Сергей Дубинецкий, заместитель начальника цеха наладки и испытания оборудования Минской ТЭЦ-3: «Наш блок имеет КПД 50,5%. В республике есть на Лукомле и на ТЭЦ-5 новые парогазовые блоки мощностью 400 МВт, имеющие КПД 57%, но у нас установлен теплофикационный блок, что повышает эффективность цикла».

О модернизации всего энергетического комплекса страны и первых её итогах подробно рассказал министр энергетики. И особо выделил две цифры: стоимость киловатт-часа – чуть больше шести центов (это один из лучших показателей в СНГ) и расход топлива на получение энергии. Собственно, ради снижения этого показателя и начали модернизацию.

Владимир Потупчик, министр энергетики Беларуси: «Сработали с удельными расходами топлива на выработку киловатт-часа 230 грамм. Это самый низкий расход топлива за всю историю белорусской энергосистемы».

Но производить энергию в Беларуси всё же дорого – сказывается стоимость газа. Об отношениях Минска и Москвы в этой плоскости говорят много и давно, но по-прежнему цена для Беларуси в два раза выше: 167 долларов за тысячу кубометров против 80 для российских субъектов. При таком раскладе конкурировать на рынке ЕАЭС невозможно. И даже при том, что себестоимость белорусского киловатт-часа на треть ниже, порой складывается парадоксальная ситуация – мы покупаем энергию у той же России.

Владимир Потупчик, министр энергетики Беларуси: «Топливная составляющая имеет большой удельный вес – до 70%, в этой связи даже выработанная на не совсем экономичных генерирующих мощностях электроэнергия в России для нас экономически выгодна для приобретения».

Впрочем, объём закупок снижается с каждым годом, а с вводом в эксплуатацию атомной станции Беларусь намерена полностью отказаться от импорта электроэнергии. Работа на стройплощадке в Островце идёт по графику: первый энергоблок будет готов в 2019-м, второй – годом позже.

Михаил Михадюк, заместитель министра энергетики Беларуси: «В монтаже находится турбина, смонтировано и в стадии наладки оборудование для выдачи электрической мощности, ведётся монтаж оборудования и внутри реакторного отделения».

Но строительство уже давно идёт под аккомпанемент заявлений из Вильнюса – якобы станция небезопасна. Накануне этот вопрос литовский премьер-министр обсуждал даже с канцлером Германии. На совместной пресс-конференции затем Ангела Меркель выступила с заявлением.

Ангела Меркель, канцлер ФРГ: «Мы можем только выступать за то, чтобы были международные инспекторы, которые могли бы осмотреть это строительство, которые получили бы соответствующие планы и документы, так как ядерная энергетика – это всеобъемлющее явление, вопросы безопасности имеют тут особое значение. Мы будем постоянно говорить с Россией о том, как важно это для нас всех».

И, несмотря на то, что заявление, как принято в европейской политике, не отличалось конкретикой, белорусские энергетики удивились дважды. Во-первых, почему и канцлер Германии, и руководство Литвы считают белорусскую атомную станцию неким российским геополитическим проектом и говорить пытаются с Москвой? Во-вторых, о каких международных экспертах идёт речь, если буквально в январе в Островецком районе работала международная миссия МАГАТЭ – и дала положительную оценку?

Снять все оправданные вопросы должен доклад по проведению стресс-тестов. В декабре Беларусь проверила работу станции в случае чрезвычайной ситуации, к примеру, затопления, пожара, отключения электропитания или падения на корпус реактора самолёта. Итоги сейчас обрабатывают, на их основании и будет сформирован национальный доклад, который представят Еврокомиссии.

Владимир Потупчик, министр энергетики Беларуси: «Стресс-тесты нами были запланированы ещё в далёком 2011 году, после того, как Беларусь приняла на себя эти обязательства. Мы ни на шаг не отошли от этих обязательств и выполнили всё, что было необходимо, в том числе в рамках решений совещания сторон Конвенции Эспо. Мы абсолютно прозрачны и материалы стресс-тестов представим для широкого рассмотрения общественности».

Что же касается планов на 2017-й в сфере, значимость которой для экономики всё же выше полномочий одного министерства, то их очертил на заседании ведомства вице-премьер. Владимир Семашко обнадёжил: Минск и Москва близки к согласованию условий поставок газа, а цены будут привязаны к российским.