В костёле под Барановичами исследуют икону начала 18 века. Сегодня учёные заявили, что аналогов «Деве Марии Шкаплерной с донаторами» в стране пока не известно. На статус сенсации претендует также обретение, возможно, первого изображения легендарной «Чёрной панны» в белых одеждах.

«О сколько нам открытий чудных...», – строки Пушкина, словно о ровеснике, храме 1825 года в деревне Новая Мышь. У этого памятника, как раз таки, внешность обманчива: сельский классицизм снаружи, изысканное барокко изнутри. Ансамбль интерьера – редкий синтез сакрального со светским.

Ольга Попко, кандидат исторических наук: «В белорусском искусстве это единственный известный пока вариант. Я считаю, что икона была создана между 1715 годом (когда умер старший сын, который в полумраке изображён) и 1719 годом (когда уже умер сам глава семьи)».

Эксперт по истории дома Радзивиллов уверена, что в так называемом «сарматском строе» – Кароль Станислав. За великим канцлером (сегодня сказали бы «премьер-министр») – наследники по мужской линии (в частности, небезызвестный «Рыбонька»). Справа от магната – супруга с дочерьми.

«Чёрная панна» только в легендах Несвижа королева Барбара, а на самом деле это прозвище княгини Анны Екатерины. Оно было официально вписано в начале 20 века в родословную Радзивиллов, выявленную в 2011 среди документов Национального исторического архива Беларуси.

Первый образ «Чёрной панны» в белых одеждах. Анна Екатерина пережила одиннадцать своих детей, облачилась в траур, в котором её растиражировали в портретах художники. Доподлинно известно, что сюда алтари перенесли в 1889 из несвижского костёла бенедиктинок.

Галина Четырко, прихожанка костёла Преображения Господня: «Я б не сказала, што да яе вельмі часта звяртаюцца. Таму што яна маленькая і вельмі высока размешчана. Больш падыходзяць да той іконы, якая вялікая і знізу».

Холст всего-то 65 сантиметров на 60. Шесть метров над уровнем основания базилики. Потому, возможно, шедевр так долго оставался тайным. Первая публикация в 2000 году искусствоведом Александром Ярошевичем. Затем на лики обратили внимание литовцы.

Факты и гипотезы доцент Попко изложила в статье, которую вскоре опубликует в «Белорусском историческом журнале». Однако исследования раритета продолжатся, пока остаётся немало «возможно». Сегодня, например, в одной из скульптур усмотрели черты супруги князя «Сиротки».