Война прошла через него. Ивана Пташникова вспоминали сегодня в Минске. Одному из самых правдивых писателей этой осенью исполнилось бы 90 лет. Повестью «Найдорф» о простых белорусах в огне Великой Отечественной зачитывался весь Советский Союз. Книга была отмечена Госпремией БССР имени Якуба Коласа. Классическая проза опять резонирует со временем. Она легла в основу российского мини-сериала. «Алеша» собрал уже миллионную аудиторию. 

Чужое слово-название – «Найдорф». «Новая веска» по-белорусски. И свой сюжет книги. Повесть о «палящем» лете 44-го. Каратели отступают, стирая все и вся с нашей земли. «Пагурак гарэў ад мін…» – и это пережил Пташников. И это авторский экземпляр.

Татьяна Пташникова, дочь Ивана Пташникова: «Послушай, оцени – этого у нас не было. То есть он должен был быть сам абсолютно доволен звучанием своих фраз, своего текста. И это было для него главное. Абсолютный перфекционист. Причем во всем. И очень требовательный по отношению и к себе, и к семье, и к коллегам по перу. У него была всегда своя точка зрения. Пронзительные читатели могли сквозь строки многие вещи увидеть, распознать, понять, расшифровать».

С первой публикации – текст-успех. «Найдорф» Пташников сам перевел на русский. В 1978 году писателю – самая престижная отечественная премия в области прозы. Коласовская. Память по адресу – дом-музей песняра. «Учитель» в заметках героя дня.    

Колас следил за литературными новинками. И вполне вероятно ему встречалась «говорящая фамилия» Пташников. 52-й год. «На родным полі» – стихотворение-дебют. Хотя писателя и называют классиком «деревенской» прозы. Ставят на одну полку с Быковым и Адамовичем. К слову, тоже лауреаты Коласовской премии.

Интеллектуал из «филологического поколения» в Беларуси. И советский «шестидесятник». Пташников – один из создателей феномена «толстого» журнала. Он правил «Маладосць», «Полымя». В лучшие времена. Тираж составил больше 11 тысяч. 

Геннадий Пашков, поэт, заслуженный деятель культуры Беларуси: «Быць рэдактарам мастацкай прозы – гэта вельмі адказная справа. Трэба ўлавіць, што называецца, “мелодыю” твора, з якім ты працуеш. І каб выйшла, як ў медыцыне кажуць, “не нашкодзь”. Сур’ёзны, вельмі грунтоўны, адказны чалавек. Ен ніколі не паднімаў свае эга, не гаварый “Я”».

Науменко, Шамякин, Танк: фото с Пташниковым только за рабочим столом. Сторонился светских тусовок. Но сегодня собрал зал. Романсов трепетные звуки. И «помните...» трагедию его Дальвы, Тартака, Найдорфа. Самое время перечитать.