В Москве сегодня простились с народным артистом РСФСР Валентином Гафтом. Он умер 12 декабря на 86-м году жизни. Соболезнования родным и близким актера выразил Президент Беларуси Александр Лукашенко. Сотни коллег и поклонников за этим же пришли сегодня в «Современник». 

В московском «Современнике» сегодня впервые за долгое «коронавирусное» время многолюдно. Прощаются с Валентином Гафтом. Несмотря на эпидемию, родные народного артиста решили провести открытую панихиду. Вход в театр – только в масках, просьба соблюдать дистанцию. Но люди непроизвольно будто прижимаются к сцене. В театре, который более полувека был для актера домом, не говорят – ушла эпоха. Говорят, что ушел именно Валя. Уникальный, неповторимый, гораздо больший, чем все придуманные для него образы и персонажи. 

Сергей Гармаш, народный артист России: «Безумно горько, что такая "могучая кучка" артистов русского психологического театра покидает нас. Это было большим счастьем находиться рядом с ним на сцене, было большим счастьем слушать его стихи, которые он написал и которыми он всегда делился. Как у него горели глаза! Поэтому вечная, великая память прекрасному, удивительному человеку, поэту, артисту».

Алла Грибова – легендарный художник по костюмам нашей киностудии. На фильме «Жди меня, Анна» именно она одевала актеров. И к Гафту не только прикасалась, но и, пожалуй, была единственной, кто мог его уколоть – в прямом смысле слова. Черный свитер его киношного клоуна в деталях не помнит. Говорит: по-моему, связала сама. Из того, что не забывается, не вещи, а тот, кто их носил.

Алла Грибова, художник по костюмам киностудии «Беларусьфильм»: «Актеры обычно очень капризны. Все, что я ему предлагала, все пошло. В той картине снимались более знаменитые актеры, но он у меня до сих пор стоит перед глазами. В компашках он участвовал очень скромно. Он всегда молчал, но если говорил, то это было по делу и здорово. Поэтому его любили».

И потом писали для него уже большие роли. Более чем в двух сотнях фильмов и спектаклях. Каждый – уже классика и неизменная любовь. А его эпиграммы… Отдельный вид искусства: на Гафта обижались и даже злились. Он отвечал колко: «Как столб относится к собакам, так отношусь я к критикам-писакам». Сегодня – время примирения, прощания и последних аплодисментов.

Мы умираем, говорил Валентин Гафт, будто кто-то ставит нас по своей воле, как книги на полку. Его книга жизни там уже навсегда. Конечно, на самом видном месте. Могила – теперь на Аллее актёров Троекуровского кладбища Москвы. Но для нас, зрителей, даже там ничего не заканчивается, пока остаются роли великого Гафта. К Новому году он непременно вернется с «Чародеями», а значит, как говорил его герой, «мы встретимся ровно тогда, когда было назначено».